— Леночка, мы тут с отроковицей моей, со Светланой, думу думали и порешили: негоже вашим хоромам в Заречье без хозяйского глаза впустую стыть! — провозгласила Тамара Игнатьевна, важно складывая руки на обширном животе, обтянутом трикотажем с люрексом. — С сего дня мы там промысел зачинаем. Благословляй, невестка, да отпирай ворота! — Какой ещё промысел, Тамара Игнатьевна? — я отложила садовые ножницы, которыми подрезала сухие стебли пионов. — Соболей бить пойдёте или сразу челобитную воеводе подадите?...