— Оружие, колюще-режущие предметы, запрещенные вещества при себе имеются? Присаживайтесь, главарь. Капитан Нечаев посмотрел на меня поверх потрепанной стопки бумаг, словно я уже был приговорен к длительному сроку. Я опустился на казенный стул, который жалобно скрипнул под моим весом. После сорока семи минут ожидания в обшарпанном коридоре опорного пункта иллюзий не оставалось. Пятница, шестнадцатое октября две тысячи двадцать шестого года, окончательно перестала быть томной. В пятьдесят два года я привык считать себя серьезным человеком...