— Ты ведь понимаешь, Костя, что я не люблю, когда в моём отделе разводят грязь? — Марина Сергеевна не повышала голоса, она вообще никогда не кричала, но от этого сухого шелеста у меня внутри всё оборвалось. Она сидела за столом из ламинированного ДСП, заваленным накладными и актами сверки, вертела в ухоженных пальцах дешевую шариковую ручку с треснувшим колпачком и смотрела на меня в упор. За окном кабинета шумел вечерний склад: визжали тормоза погрузчика, кто-то из мужиков витиевато крыл матом партию застрявших поддонов с утеплителем...