Мои серьги покачивались в ушах золовки. Я узнала их с порога, не успев разуться. Маленькая золотая капелька с тёмным рубином и крошечная щербинка на левом замочке, которую я когда-то разглядывала при свете больничной лампы. Верочка кокетливо тряхнула головой, и камень вспыхнул. Свекровь поймала мой взгляд и улыбнулась тонкими губами. — Идут Верочке, правда? — сказала она. — Бабушкины серёжки должны остаться в семье. Я стояла в прихожей, где пахло жареным луком и нафталином, и слышала, как тикают старые ходики в гостиной...