Ира и Максим рухнули в кровать без пятнадцати четыре, когда фейерверки отгремели, шампанское было допито, а последний гость — друг детства Максима, вечно засиживающийся, — наконец-то ушел. В квартире пахло мандаринами, елкой и легким, приятным хаосом. Они были хозяевами, все прошло на ура, и теперь их законное право — провалиться в сон до самого обеда, а то и до вечера. Поэтому когда в восемь ноль-ноль утра первого января в дверь позвонили, Ира восприняла это как часть сновидения. Максим мычал в подушку что-то невнятное...