— Пошла отсюда вон! Мне наплевать, что ты сестра моего мужа! Больше ты от нашей семьи денег не увидишь на свои гулянки и магазины! Тебе и так дали уже почти сто тысяч в этом месяце, но тебе же всё мало! Иди работай, а не попрошайничай! — кричала Катя, швыряя сумку на пуфик в прихожей. Её голос сорвался на визг, отражаясь от узких стен типовой «двушки», которую они с Андреем снимали уже третий год. Катя только что вернулась с двенадцатичасовой смены, мечтая лишь о горячем душе и тишине, но вместо этого обнаружила в своей квартире картину, от которой в глазах потемнело...