— Ты должна терпеть ночные гулянки золовки в твоем доме. Просто обязана, если хочешь сохранить семью, — свекровь, Антонина Петровна, опустила фарфоровую чашку на блюдце с таким звоном, будто припечатала гербовую печать к судебному приговору. — Антонина Петровна, это не наш общий дом. Это моя квартира. Мне ее подарили родители за три года до свадьбы с Вадимом, — Марина старалась дышать ровно, уперев взгляд в темнеющее окно кухни. На часах было всего девять вечера пятницы, но виски уже пульсировали от предчувствия надвигающейся катастрофы...