Я нашёл его на чердаке, когда разбирал вещи покойной тёти Веры. Не то чтобы я был жаден до наследства, но дом достался мне, и нужно было решать, что делать с хламом, который она копила десятилетиями. Среди пыльных журналов, рассохшихся рамок и коробок с пуговицами я наткнулся на небольшой, обитый потемневшей жестью сундучок. Замок был сломан, и крышка откинулась с сухим, недовольным скрипом. Внутри, поверх пожелтевших газет, лежала тетрадь в черном клеенчатом переплете. Без надписей, без завязок...