Двадцать один час тридцать минут. На кухне догорает семейное спокойствие: ребенок рыдает над задачей про яблоки, тетрадь в клеточку промокла насквозь, а родитель с дергающимся глазом шипит: «Пиши уже чистовик, я сама сейчас все решу!». Знакомая драма? Самое ироничное в ней то, что с точки зрения нейропсихологии в этот момент уроки не делает никто. Родитель тренирует уже давно освоенную программу начальной школы, а мозг ребенка в состоянии острого кортизолового стресса отключает префронтальную кору и уходит в глухую оборону...