— Где моя сыворотка, Елена Ивановна? И куда, скажите на милость, делся весь ряд с верхнего яруса трюмо? — В мусоропроводе твоя мазня, милая. Там ей самое место. Можешь не благодарить, я и пакет сама до люка донесла, не переломилась. Полина замерла посреди залитой утренним октябрьским солнцем спальни, сжимая в руке влажное вафельное полотенце. В ушах тонко, мерзко зазвенело. — Вы… что сделали? Елена Ивановна, сухопарая женщина шестидесяти двух лет с безупречной завивкой цвета пепельного одуванчика и тяжелым, оценивающим взглядом бывшей заведующей районной поликлиникой, даже не моргнула...