Мне было семь, когда я впервые встала на табуретку у плиты. Не потому что хотела. Потому что бабушка сказала: «Пора». Тем самым голосом – «надень шапку», «не бегай по лужам», «ешь суп, пока горячий». Голосом, который не обсуждают. Табуретка была деревянная, рассохшаяся, с одной ножкой чуть короче остальных. Она качалась подо мной, и я вцепилась в край стола обеими руками. Бабушка стояла рядом – не придерживала, не страховала. Просто стояла. Знала: не упаду. Или верила – если упаду, встану. Это была суббота...