Лариса в свои пятьдесят восемь до сих пор жила в родительском доме. Когда ей было двадцать, это казалось временным. В тридцать - неудачей. В сорок она перестала об этом думать, потому что заболел отец. А в пятьдесят восемь она поняла: это и есть ее жизнь. Не черновик, не подготовка к чему-то настоящему. А просто жизнь, дом, яблони, варенье в погребе. Варенье она варит каждый год из крыжовника, малины, яблок, ставит банки на полки, но его никто не ест. Отец умер, мать почти не ест сладкого. Сама...