Кухонный таймер пропищал ровно три раза — сигнал того, что шарлотка с корицей достигла той самой идеальной степени золотистости. Галина, поправляя выбившийся локон седеющих волос, потянулась за прихваткой. В свои сорок два она выглядела как женщина, которая нашла мир с самой собой: морщинки у глаз казались не следами старости, а лучиками пережитых улыбок. Дверь в квартиру распахнулась с таким грохотом, будто её вышибли ногой. Галя вздрогнула. Анатолий обычно входил тихо, вечно ворча на тяжелую сумку с инструментами...