Вечер в загородном доме Соколовских пахнул не уютом, а грозой. Анна стояла у окна, сжимая в руках тонкую шаль. За ее спиной раздавался тяжелый, размеренный шаг мужа. Глеб, статный мужчина с лицом, которое за последние годы превратилось в суровую маску власти, бросил на стол связку ключей. Металл звякнул о мрамор слишком громко, слишком окончательно. — Я всё решил, Аня, — его голос был сух, как осенний лист. — Твои вечные жалобы, твоя бледность и это вечное «мне не хватает воздуха»… Мне это надоело...