На турбазе под Жигаловом егерь сел к огню позже всех. От его ватника тянуло дымом и мокрой псиной, а когда разговор зашёл про старые исчезновения в тайге, он долго мешал палкой угли и молчал. Потом сказал, что однажды один старик отбил волчицу у браконьеров, и через два дня она отвела его туда, где с пятьдесят третьего года лежал чужой след. С этого места я перестала смотреть на костёр и стала слушать только его. Семён Кузьмич Лыткин жил одиннадцатую зиму в своём зимовье у распадка. Место там было глухое, без тропы для чужих...