«Я — ромей». Пожалуй, нет другой исторической самоидентификации, которая так раздражала бы современные категории. Особенно национальные. Мы привыкли раскладывать прошлое по аккуратным ящикам: римляне, греки, франки, арабы. Но ромеи упорно не помещаются ни в один из них. Они говорят по-гречески, читают Гомера, молятся Христу, подчиняются римскому праву и называют своё государство Римской империей. Что с этим делать? Иногда кажется, что спор о том, была ли Византия римской или греческой, напоминает попытку выяснить, какого цвета море...