Стоит Михаилу Боярскому появиться на публике или выйти к микрофону на «Музыкальном ринге», как среди сотен вопросов о театре, кино и песнях обязательно прилетит один и тот же: «Михаил Сергеевич, почему вы всегда в черном? У вас траур или это дань какой-то тайной моде?» Этот визуальный образ — черная рубашка, черный пиджак и, конечно, легендарная широкополая шляпа — стал главным камнем преткновения для советских (а позже и российских) зрителей. Людей буквально гипнотизировала эта мрачная монохромность на фоне пестрой эстрады...