Dimanche soir très calme. Настолько тихий, что ты можешь поклясться, что слышишь, как на далекой пригодной для углеводородной жизни экзопланете проваливается сквозь ветки чудного многовекового дерева прятавшийся там пузан, и другие дети немедленно окружают его, обидно хохоча и наперебой визжа: «Жирный, жирный! Поезд пассажирный!» Их голоса облетают вокруг маленькой деревни в зеленой холмами и синей горизонтами чужой глуши, перемахивают полосу одинаковых дач с разноцветными крышами, опоясывают их почти такую же одиноко-блекло-голубую, как Землю, но значительно более компактную планетку, и, сделав...