Слова упали на кухонный пол и разбились, как дешевое стекло. — Не люблю я тебя больше, уходи! — Катя не смотрела на мужа. Она смотрела на пятно от кофе на белой столешнице, яростно оттирая его тряпкой. Руки дрожали, но голос был холодным, как мартовский лед на Неве. Андрей замер. Его правая рука, всё еще плохо слушавшаяся после аварии, судорожно сжала подлокотник инвалидного кресла. Он привык к боли в ноге, привык к фантомным судорогам, но эта новая боль была другой — она не пульсировала, она просто выжигала всё внутри, оставляя серый пепел...