Осень 1968 года. Москва готовилась к очередной пятилетке, страна залечивала раны чехословацких событий, а в воздухе витал запах перемен. Но на Петровке, 38, витал совсем другой запах – тревоги. В тихом центре столицы, в доме на улице Чкалова, произошло нечто, что заставило нервничать даже всесильное начальство. 27 октября соседка семьи великого скрипача Давида Ойстраха, приглядывающая за квартирой в отсутствие хозяев, открыла дверь и застыла в ужасе. Квартира, больше похожая на музей, была разгромлена...