Старые настенные часы в нашей избушке всегда спешили на три минуты. Каждое утро они издавали специфический, натужный щелчок перед тем, как пробить шесть, словно механизм внутри прочищал горло. В то утро этого щелчка я не дождалась. От окна по окрашенному суриком полу тянуло ледяным сквозняком, который беспрепятственно пробирался под ватное одеяло, заставляя ежиться. Я лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к звукам дома. Точнее, к их отсутствию. Спина привычно ныла, застарелый остеохондроз, верный...