Вернувшись из Кинешмы, Нина Леонидовна увидела свои вещи ещё до того, как такси свернуло к крыльцу. На ровной зелёной траве лежали коробки, пледы, стопки книг, раскрытый альбом с детскими фотографиями. Ветер переворачивал страницы, а возле дорожки стоял медный таз, в котором она обычно замачивала яблоки для варенья. В него кто-то положил её домашние туфли и старую деревянную рамку с семейным снимком. Три дня Нина провела у мамы, пока та уходила из жизни. Она вернулась в тёмном пальто, с дорожной...