Александр "Старый" Коваленко, чье имя в Зоне давно стало легендой, но в последнее время все чаще произносилось с придыханием, склонился над видавшим виды рюкзаком. Его руки, некогда сильные и ловкие, теперь тряслись от старости и застарелых ран, полученных в бесчисленных походах по аномальным полям. Седая борода, некогда густая и пышная, теперь была редкой и тусклой, а в глазах, некогда полных юношеского азарта, плескалась лишь усталость и грусть. Сегодня был его последний день. Последний день в Зоне, ставшей ему домом, тюрьмой и единственным смыслом жизни...