Весной 44 года до нашей эры Цицерон сидел в своём поместье под Тускулом и понимал: политическая карьера кончена, Цезарь победил, дочь умерла, тело подводит. Ему шестьдесят два — возраст, который римлянин той эпохи встречал глубоким стариком, если вообще доживал. И вместо того чтобы писать жалобные письма друзьям или диктовать завещание, он взял перо и сочинил диалог «О старости» — книгу, которую до сих пор переиздают, читают и цитируют. Спустя две тысячи лет. Почему философы почти не пишут о старении?...