— Ты сказал, он тебя спасет, — голос жены звучит не как вопрос, а как приговор, и она смотрит на мужа так, будто видит впервые. — Ты сказал, что этот старик снимет любую порчу, любую болезнь, любую хворь. Ты поклялся мне своей матерью, которую, между прочим, я ни разу не видела, потому что ты запрещаешь мне с ней встречаться. Ты поклялся своей компанией, своим состоянием, своей честью, Аркадий. А теперь я смотрю на эту дверь, которая даже не закрывается нормально, и я вижу, что она привалена камнем...