– Ты правда нас не пустишь к себе? – переспросила сестра, стоя на вокзале с мужем и чемоданами. Я смотрела на Галину и считала про себя до десяти. Потом ещё раз до десяти. Потому что если бы я сейчас сказала то, что думаю, – меня услышал бы весь перрон. Три больших чемодана. Два баула. Коробка, перемотанная скотчем. Олег стоял чуть позади, засунув руки в карманы куртки, и глядел куда-то поверх моей головы. Будто его тут вообще нет. Будто это не он полтора месяца писал мне голосовые о том, какая я родная и как они ценят мою помощь...