Ксения вышла из лифта и остановилась на площадке, потому что телефон коротко тренькнул. Банк сообщал: досрочный платёж принят, срок сократился на четыре месяца. Четыре месяца свободы, которые она выгрызла у собственного холодильника и у собственных выходных. Она стояла с ключами в руке и улыбалась, как человек, который выиграл спор с очень упрямым противником. В квартире было тихо, светло и пусто — именно так, как ей нравилось. Сорок два квадратных метра, купленные шесть лет назад, всё ещё принадлежали банку больше, чем ей, но каждый месяц пропорция менялась в её пользу...