Шуршание твердого карандаша марки «Кохинор» по плотному, слегка шершавому ватману казалось самым громким звуком в вечерней тишине просторной комнаты. Начало апреля выдалось в Москве по-настоящему весенним, слякотным и звонким. Лида склонилась над столом, аккуратно выводя тончайшие линии сложного эпюра. Ее короткая, по студенческой моде подстриженная челка то и дело падала на глаза, и девушка нетерпеливо сдувала ее, не отрываясь от чертежа. Дверь в длинный коридор многонаселенной коммуналки была, как и положено по негласным правилам приличия, приоткрыта...