Степан любил запах осеннего леса — прелой листвы и меланхолии. Для него, человека, исходившего здешние места вдоль и поперек, этот дух был сродни запаху родного дома. С "тихой" охоты они возвращались втроем. Виктор, Саня и он, Степан. Корзины оттягивали руки — год выдался на редкость урожайным на белые и подосиновики. До станции оставалось километра три ходу по старой лесовозной просеке. Небо уже начало наливаться свинцом, типичным для конца сентября. Ветер стих. Тишина стояла такая, что было слышно, как шуршат травинки...