Он лежал на заднем сиденье машины в 40-градусную жару. Коллеги везли его в больницу. Он жаловался, что невыносимо душно. Сердце остановилось раньше, чем они доехали. За три месяца до этого врач сказал друзьям Андрея Краско прямо: это лето будет последним. Сердце изношено до предела. Они знали. Он, скорее всего, тоже знал. И всё равно поехал сниматься в Одессу. Вот в чём парадокс этой судьбы. Не в том, что он пил. А в том, что именно тогда, когда жизнь наконец дала ему всё — работу, признание, деньги, любовь, ребёнка — он уже не мог с этим справиться...