Они проехали на «Тигре» ещё несколько километров по петляющей грунтовой дороге. Двигатель тяжелой машины работал ровно, фары выхватывали из предрассветной темноты разбитую колею, которая вилась между холмов. В салоне царило тяжелое, гнетущее молчание. Рубцова, сжимая руль побелевшими от напряжения пальцами, лихорадочно соображала, ища выход из безвыходной ситуации. Свиридов, устроившийся сзади с пистолетом наизготовку, время от времени бросал короткие, резкие команды: «Левее», «Прибавь», «Притормози»...