Холод пронизывал до костей, проникая сквозь тонкие мундиры. Небо над Аустерлицем хмурилось, словно предвещая беду. Декабрьский ветер нес с собой не только мороз, но и предчувствие поражения. Но солдатам Лейб-гвардии Конного полка было не до предчувствий – они были русскими, и их долг звал вперед, навстречу неизвестности. Гаврилов, смуглый, широкоплечий, держал в руках саблю так крепко, что костяшки пальцев побелели. Рядом с ним, словно тень, мчался Омельченко – молодой, но уже закаленный в боях. Их кони, испуганные грохотом пушек и криками, рвались вперед, поднимая комья мерзлой земли...

Небо над Аустерлицем. У каждого своё Сидела я и писала что-то в заметках поздно вечером в среду. На крыльце.  Вокруг тишина. Все мои, вероятно, уже спят.  И краем глаза замечаю мусор на столике. Пара фантиков, упаковка из под твороженки. И вот так бывает — внезапно надо выбросить это. Прямо сейчас.  Такая функция мозга — чтобы взять паузу и додумать что-то важное, ему надо сделать перерыв и подвигать телом.  И вот весь этот мусор уже в моей руке.  И я делаю уверенный шаг в темноту с крыльца, чтобы ловким движением выбросить всё это эстетическое недоразумение в бак… Мгновение — и я лежу.  Лежу и созерцаю искры из глаз...