Мука и сыновий долг. Рассказ.
— Нина Андреевна, месилки пустые, муки высшего сорта осталось ровно на два замеса, и мы встаём, — глухо сказал пекарь Григорий, бросив белый фартук на край разделочного стола. Нина замерла посреди мучного цеха, держа в руках стопку свежих накладных. Часы над дверью показывали без десяти шесть утра, и через сорок минут у входа в пекарню должны были собраться первые постоянные покупатели — жильцы окрестных новостроек, спешащие на раннюю электричку за хрустящими круассанами и горячими багетами. — Как встаём, Гриша? — тихо переспросила Нина, чувствуя, как внутри всё стягивается в ледяной узел...