Я помню тот вечер, когда впервые услышал «Хочу перемен!» не из телевизора, не с пластинки — а из открытого окна соседней квартиры. Кто-то ставил кассету на полную громкость, и хриплый голос Цоя летел над двором, отражаясь от бетонных стен панельки. Мне было четырнадцать, и я ещё не понимал, что эта песня — уже больше, чем песня. Что она стала паролем, по которому узнавали друг друга целое поколение. Но об этом — позже. Сначала давайте разберёмся, как она родилась, кто её создал и почему именно эти четыре минуты звука изменили всё...