"Их расстреляли на рассвете, Когда вокруг белела мгла. Там были женщины и дети И эта девочка была. Сперва велели всем раздеться, Потом ко рву всем стать спиной, Но вдруг раздался голос детский. Наивный, тихий и живой: «Чулочки тоже снять мне, дядя?» – Не упрекая, не грозя Смотрели, словно в душу глядя Трехлетней девочки глаза. «Чулочки тоже!» Но смятением на миг эсэсовец объят. Рука сама собой в мгновенье Вдруг опускает автомат. Он словно скован взглядом синим, Проснулась в ужасе душа. Нет! Он застрелить ее не может, Но дал он очередь спеша...