Моя детская душа не умела отделять актрису от её роли. Казалось, что если женщина на экране поступает подло, значит, и в жизни она точно такая же. И чем убедительнее игра, тем сильнее я верил в эту иллюзию. Сейчас, конечно, с высоты прожитых лет я отлично понимаю: Кино и реальность — это разные вселенные. Как говаривали в Одессе, это две большие разницы. Но с годами приходит и другое понимание: настоящий режиссёр умеет разглядеть в актрисе ту самую внутреннюю суть, которая и делает образ живым...