Утро моего пятидесятилетия началось не с торжественных фанфар и даже не с аромата праздничного пирога. Оно началось с серого, по-осеннему унылого света, пробивавшегося сквозь кружевные занавески, и тяжелого молчания телефона на прикроватной тумбочке. Я долго лежала, глядя в потолок, и считала трещинки на побелке. Пятьдесят лет. Половина века. Говорят, в этот день женщина должна чувствовать себя королевой, окруженной любовью и признанием. Но в груди почему-то копошилось лишь холодное чувство тревоги, похожее на предчувствие долгой зимы...