— Ну привет, Агафья! Вот ты где прячешься? А мы тебя все ищем! Агафья Львовна вздрогнула и выронила из рук садовые ножницы. За калиткой стояла она — баба Клава. Агафья хорошо запомнила её еще по дому престарелых. У Клавы было странное, будто застывшее лицо, и манера смотреть на людей с вечным подозрением, словно каждый встречный собирался украсть у неё вставную челюсть. Она одинаково косо глядела и на бедных постояльцев, и на нянечек. А теперь эта «радость» стояла прямо у её калитки в деревне. — Клава? Ты? — выдавила из себя Агафья, чувствуя, как сердце забилось чаще...