На кухне пахло пирогом с капустой, и этот запах был обманчиво уютным. Потому что за стеной, в большой комнате, уже двигала тарелки Галина Сергеевна, и голос её разносился по квартире так, будто она командовала не семейным ужином, а эвакуацией. — Лида, салатницу не туда поставила. Лида переставила. Молча. За восемнадцать лет она научилась делать это одним движением — без вздоха, без взгляда, без внутреннего комментария. Как человек, который давно живёт рядом с протекающей трубой: сначала бесится, потом привыкает различать по звуку, в каком месте снова капает...