У жанра есть более любопытная сторона: он может быть не про ужас, а про городскую жизнь. Про то, как работали сыск, почта, рынки, музеи, документы и слухи. И почему одна газетная заметка иногда говорит об эпохе больше, чем десять путеводителей. Это не список трагедий и не атлас опасных мест. Скорее семь направлений, из которых складывается криминальная история Петербурга — без натурализма и без превращения чужих бед в развлечение. У Петербурга есть привычка оставлять бумажный след. В архивах сохранились...