Что, если великие произведения искусства, которые мы считаем уникальными и самобытными, на самом деле — лишь тени других, забытых творений? Что, если сама история кино — это не прямая линия прогресса, а запутанный лабиринт, где каждая новая тропа неумолимо ведет к старому входу? Феномен ремейка, столь часто обсуждаемый и столь же часто презираемый, оказывается не просто коммерческим ходом голливудских воротил, но и глубоким культурологическим процессом, зеркалом, в котором общество раз за разом пытается рассмотреть собственное отражение, каждый раз находя в нем новые черты и забывая старые...