Поздним ноябрьским вечером 1993 года в палате московской клиники было тихо. Так тихо, как бывает только в больницах, когда коридор уже опустел, а сёстры ещё не пришли с обходом. Нина Павловна сидела у кровати и держала мужа за руку. Они говорили о даче, о каких-то пустяках, о том, как зацветёт сирень весной. Леонид Иович вдруг закашлялся, она наклонилась, обняла его, и в этот момент тело его обмякло у неё в руках. – Лёня, Лёня, – позвала она. Он не ответил. Уже никогда не ответит. Тромбоэмболия лёгочной артерии не оставляет времени на прощания...