Знаете, с годами учишься слушать тишину. Когда гаснет софит, стихают овации и за последним гостем закрывается тяжелая дверь, ты остаёшься один на один с самым строгим, нелицеприятным и молчаливым судьей — собственной памятью. Актер — он ведь всегда один. В пылкой, ослепленной успехом молодости мне казалось это красивой, романтической метафорой из старых книг, а к семидесяти годам я с горькой ясностью поняла: это вовсе не метафора, это суровый жизненный приговор. Меня называли первой красавицей Советского...