Розы пришли в четверг, мелкие, кенийские, цвета топлёного молока. Я разбирала их на прилавке, срезала нижние листья и ставила по пять штук в вёдра с подкормкой. Привычка — не думать ни о чём, пока руки заняты стеблями. В павильоне пахло водой и зеленью. За стеклом моросил август, и к обеду заходили в основном за одиночными хризантемами — кто на дачу, кто просто так, без повода. Я работала здесь девятый год. Знала, какие цветы берут перед первым сентября, а какие — после ссоры. Телефон звякнул в кармане рабочего фартука, среди обрезков ленты...