Обычно дети великих режиссеров — это либо трагические тени гениев, спившиеся к тридцати годам от тяжести фамилии, либо мажоры с яхтами, которые снимают артхаус за папины деньги исключительно ради скуки. Но Иван Шахназаров… О, этот парень выбивается из всех глянцевых шаблонов. И чтобы понять его, нужно сначала нырнуть в ту самую густую, горячую армянского кровь, которая течет по венам их рода. — Ты пойми, Ванятка, — говорил как-то раз Карен Георгиевич своему старшему сыну Ивану где-то на кухне «Мосфильма», попивая крепкий чай из граненого стакана...