Гранж мертв. Индустрия сделала ровно то, чего Курт Кобейн боялся больше всего: она превратила его боль в безопасный винтаж. Сегодня этот бунт растиражирован на футболках из масс-маркета, а оригинальные пластинки превратились в "инвестиционные лоты" для богатых коллекционеров, которые даже не достают их из своих сейфов. Но для тех из нас, чья юность пришлась на начало 90-х, это не просто музыка. В 1993 году я был школьником, который затирал аудиокассеты с этой записью до тех пор, пока магнитофон не выплевывал истертую в пыль магнитную пленку...