Париж середины XIX столетия жил двойной жизнью. Днём — чопорные приёмы, вечерние визиты, строгие корсеты и натянутые улыбки. Ночью — другой мир, где правила диктовали женщины, чьи имена никогда не появлялись в светской хронике, но чьё влияние чувствовал каждый политик, художник или банкир. Куртизанка Belle Époque — это не просто дама полусвета. Это явление, которое перевернуло представление о том, кто на самом деле управляет игрой. И я до сих пор поражаюсь тому, как эти женщины сумели построить власть там, где им отводилась роль жертвы...