Мышь посмотрела на Матронова грустным черным глазом и странно икнула. Почесалась. Побежала. Матронов зачем-то кивнул мыши и пошел дальше по коридору, стараясь не наступать на битое стекло и подозрительно просевшие участки линолеума. Мышей Матронов не видел уже десятки лет. Аксолотлей — видел. Утконосов — тоже. Капибар. Ленивцев. Даже каких-то безумно редких колючих ящериц, которых стало модно заводить в среде жён московского олигархата. Вика — да и та завела себе ящерку. А вот домашние мыши стали казаться какой-то диковинкой из русских сказок вроде колобков или коньков-горбунков...