Они вышли на поверхность перед рассветом. Небо было серым, тяжёлым, как олово. Снег лежал плотным слоем, скрипел под ногами, и от этого скрипа Никифору казалось, что земля говорит с ним — тихо, предупреждающе. Он шёл первым, прокладывая тропу, и каждый его шаг отдавался в коленях тупой болью. Три дня в Змеевике не проходят бесследно. Милица шла следом. Её амулет больше не светился — потускнел, как будто «Сиянец» истратил всю силу там, внизу. Она куталась в шаль, и лицо её было бледным, осунувшимся...