Владимир Заманский — это сама история советского кинематографа, написанная не гримом, а мудростью прожитых лет. В отличие от многих коллег по цеху, Владимир Заманский никогда не гнался за блеском софитов. В его взгляде всегда читалась какая-то особая, нездешняя глубина, которую невозможно имитировать — ее можно только выстрадать. Жизнь этого актера, отметившего недавно свой 99-й день рождения, сама по себе является готовым сценарием для эпической драмы, где война, лагеря, триумф и покаяние сплелись в один неразрывный узел...

Ветер в Малиновке не стихал. Он выл в печных трубах-голышах, сквозь пустые глазницы окон, выметал последнее тепло из изб, будто искал души, ушедшие на войну и не вернувшиеся. Анна шла с поля, и казалось, не она волочила за собой пустые носилки, а сама деревня, как раненый зверь, тащила её за подол выцветшей юбки обратно — в пепел, в память, в безысходность. Мечта о городе жила в ней ярким, недосягаемым пятном, как та единственная нарядная шаль у тётки Марфы, вывезенная когда-то из Москвы и бережно хранимая в сундуке...