Три года на заводском конвейере в Инчхоне оставили на моих руках въевшуюся пыль и глубокие микротрещины. Каждая смена длилась двенадцать часов: шумели прессы, раскаленные печи выжигали воздух, а пальцы механически сортировали технический фарфор. Я терпела это ради одной цели — скопить деньги на собственную мастерскую, где керамика снова станет искусством, а не бессмысленным потоком. Когда на банковском счете набралась нужная сумма, я купила билет в один конец до Новосибирска. Там жила сестра Ольга с мужем...